Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Книга.

Вчера прочитала книгу. Collapse ) Про любовь. Про тележурналистов, про телеоператоров, про "горячие точки". Никогда раньше мне этот автор не попадался. Очаровал меня совершенно. Один минус, прочитав две трети книги, я уже знала, что героиню автор "убьёт". А мне нравится, когда я ничего не могу заранее предугадать. Да,после "фронтовой любви"в этой книге идут автобиографические зарисовки, в очень интересной алфавитной последовательности. Удивительно интересный человек, арабист-переводчик, писатель, сценарист, специалист в полицейском деле поимки бандитов, ну и просто порядочный мужчина, семьянин. Буду теперь выискивать его книги.
Это моё спасение в жару. Чтение. Под вентилятором. Спасибо нашей сельской Троицкой библиотеке. Прекрасный выбор литературы. Просто на удивление. Татьяна Михайловна Аксёнова, наш библиотечный работник, безупречный профессионал.


Оживаю..

Очень - очень мне было плохо Collapse ) всю прошлую неделю до сегодняшняго дня. Жара невыносимая, +35 в тени, ничего не помогало, ни мокрые холодные полотенца на голове и сонных артериях, ни круглосуточный вентилятор, ни лекарства от сердца и от мозгов. Я от этой жара сбежала из Краснодарского края, а она меня догнала. Вчера несколько раз прошли сильные грозы с ливнем и сегодня с утра я дышу долгожданной прохладой. На прогулки с собаками ходили после 20 часов вечера, плелись все медленным шагом, собаки высунув языки, я брала с собой бутылку с водой и поилку. Когда возвращались домой, ближе к 21 часу, я залезала поплавать в противную тёплую речку. Спасали книги, я набрала детективов в библиотеке и лежала читала под вентилятором. Один день - одна книга. На четыре дня дали младшую внучку. И я впервые так отвратительно плохо кормила ребенка. Не могла стоять у плиты у горящих конфорок. Хорошо, что у Светы аппетит был так себе, накупили творожков, йогуртов, мороженое. Кашу я могла сварить только рано утром.
Сегодня я чувствую, что начала оживать. Утром пила кофе на скамеечке у дома и не могла надышаться свежестью. Так бы и сидела там весь день.
Пёс Дима использует мой утренний кофе как возможность посидеть рядом со мной, прижавшись всем телом. Ещё и лапу на меня укладывает. Он очень страдал в жару. Мелкие собачки в доме со мной под вентилятором были. А Димыч вместе с тенью передвигался вокруг дома, и вжимался в каменную стену.

Людмила Улицкая.

Открыла для себя писателя. Писательницу. Collapse )
Людмила Улицкая. Читаю уже пятую книгу. На моё счастье они есть в нашей сельской библиотеке. Покупать книги стало очень дорого.



Так много соприкосновений. И Вера Миллионщикова, директор Первого Московского хосписа. И опыт рака груди. И моё абсолютное согласие с Улицкой, что опыт смертельной болезни может быть усилителем вкуса жизни. Да-да, как в кулинарии. Усилитель вкуса. И быт конца пятидесятых и шестидесятых годов. Она старше меня. Но я помню себя с самого раннего детства.
Нравится открытое описание сексуальной стороны жизни и без всякой пошлости. Умеет человек находить правильные слова. И первое образование - биолог-генетик, и опыт работы с лабораторными животными: я сама только одну лягушку смогла препарировать, больше - всё, не смогла, жалко.
Вера в Бога и здравое отношение к институту церкви. Критичное и порой безжалостное описание советских функционеров и преданная забота о близких и друзьях, ценность встреч с талантливыми и умными и воспитанными людьми. Неважно, в чем этот талант проявлялся. Может быть просто в умении стареть, не изменять себе и своим
привязанностям.
И много различий в то же время. У Улицкой такое очень тщательное и бережное отношение к вещам, материальному восприятию, обстановке, еде. Может быть это вообще характерно для еврейских женщин? Я не знаю. У меня не было большого опыта общения с еврейками. Я помню лишь одну мою пациентку. Прекрасная интеллигентная женщина инженер, которая подошла к пенсионному возрасту. И началось тревожно-депрессивное расстройство. В Перестроечные времена старались сокращать рабочие места. И как интересно психика маскирует-защищает человека от потрясений. Она не осознавала кризиса настоящего в её жизни. Она боялась погромов, которых никогда не видела, но знала из рассказов бабушки и мамы. Это была долгая психотерапия. На счастье там была очень сильная и добрая поддержка мужа и взрослых детей. Они даже помогли ей поехать в США на "разведку". Там уже жили ранее эмигрировавшие родственницы. Но поездка в штаты разочаровала и она осталась дома, в Ижевске. И больше не нуждалась в моей профессиональной помощи.

я научилась....

Вот, спасибо Рите за вопрос про депрессию. Collapse ) Я вспомнила, что до моих 50 лет у меня были такие эпизоды. И я вылечилась личной и групповой психотерапией. И ещё я вспомнила своё тогда всегдашнее недовольство и неудовлетворенность собой и своей жизнью. И когда мне лет так около 40 попалось на глаза вот это стихотворение Ахматовой, я подумала: "Да смогу ли и я когда-нибудь так просто и спокойно жить?." Сейчас в 65 лет я могу сказать - да, я научилась! Стихов, правда, не пишу. Я читаю, и не стихи, а молитвы, псалмы, учу наизусть. Читаю на прогулках, в ожиданиях в очереди, у плиты на кухне и даже в ванной.
У нас зима настоящая. Снежная. Под рукой на лоджии стоят спецлопаты. И мой день начинается с "упражнения с лопатой" пока собачки делают свои делишки. Расчищаю снег вокруг дома. И несколько фото с сегодняшней прогулки с собаками в любимом лесу и поле.

Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины жёлто-красной,
Слагаю я весёлые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной....

Спасение.

Стихи и картина взяты из Фэйсбука. Collapse )Автор картины Ирина Стуканева, психолог из Лисичанска, автор стихов мне не известен, подскажите, если кто узнает.

Обезумевших в поисках хлеба,
Жерновами жизни помятых,
Приземлённых, нас тянет в небо,
Так отчаянно, так непонятно..
Мы забыли, что мы оттуда,
Суетой друг друга опутав.
Мы твердим, что не верим в чудо,
Но летаем во снах почему-то.
Надеваем чужие маски,
Чтоб казаться себе богами,
А простые добрые сказки
Ходят-бродят у нас под ногами.
И, когда упав на колени,
Ошалев от бега по кругу,
Вдруг забьёшься в страстном моленьи,
Сказка тихо протянет руку.
На воротах замки растают,
Разомкнутся тяжёлые цепи,
Станут ближе светлые тайны
И понятней станут Заветы...
И криницу с живою водою
Поднесёт на ладони доброй...
Ты не слышишь?-Господь с тобою!
Видно час твой ещё не пробил...(с)

Авиатор.

Дочитала книгу Евгения Водолазкина "Авиатор".Collapse )



Нахожусь под очень большим впечатлением. Какой он талантливый этот молодой (относительно) писатель. До этого прочитала "Лавр", того же Водолазкина и некоторое время жила в потрясении, так как у него про древнюю Русь и про юродивых - ни у кого не написано. Правда в "Лавра" я не сразу погрузилась, сначала смущало смешение языка почти церковно-славянского с современным русским, да ещё и с крепкими вплоть до мата выражениями.
А вот Авиатор покорил сразу. И сюжетом, и языком. И ещё там очень много описаний-зарисовок воспоминаний. Но не грандиозных событий, а очень маленьких личных, детских, юношеских, со всеми запахами и красками, ощущениями и чувствами. Хотя события охватывают большой период жизни России - 100 лет, от первой мировой до Перестройки. Внимание - очень маленьким событиям.
У меня такое начало происходить после 60 лет. Начали вспоминаться эпизоды детства и юности и вообще всей жизни, которые я сознательно не помнила вообще. Вдруг какая-то картинка, в лесу, или в бане, или на даче, или всей семьёй за столом, минутные эпизоды, но обязательно - ярко, в цвете, с запахами, вкусом и с эмоциями. Как-будто к закату своей жизни я поставила задачу вспомнить всю свою жизнь, и принять её и всё полюбить... Говорят же, что жизнь - это круг. И, да, круг потом замыкается, старость замыкается опять в детство.
Но в книге есть и очень тяжелые страницы, Соловецкие. Сначала я их пропускала, боялась. Потом всё же прочитала. Я была на Соловках в 2003г. Хотя уже образовалась монастырская обитель, были монахи, следов страшных лагерей было очень много. И у меня была своя история посещения Соловков, которую я вряд ли расскажу. Унесу с собой.
Книга будет интересна тем, кто любит и знает Петербург, действие происходит именно в этом городе. И для меня СПб очень дорог, там было много прекрасных дней и недель проведено, там были профессиональные связи и дружеские, там была любовь, сильная, взаимная, но совершенно без перспективы.
Спасибо сельской библиотеке села Троицкое за эти книги Водолазкина. Они уже переведены на английский и есть на Амазоне (это я для Тамары и Риты пишу). Вот. Рекомендую. Читайте.
https://www.amazon.co.uk/Aviator-Eugene-Vodolazkin

утащила из ленты ФБ

Однажды Хемингуэй Collapse )заключил спор, что напишет рассказ, состоящий всего из шести слов, способный растрогать любого читателя. Писателю удалось выиграть спор:
«Продаются детские ботиночки. Неношеные» («For sale: baby shoes, never used»)

* * *
Фредерик Браун сочинил кратчайшую страшную историю из когда-либо написанных:
«Последний человек на Земле сидел в комнате. В дверь постучались...»

* * *
Американский писатель О.Генри выиграл конкурс на самый короткий рассказ, который имеет все составляющие традиционного рассказа — завязку, кульминацию и развязку:
«Шофёр закурил и нагнулся над бензобаком, посмотреть много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».

* * *
Англичане тоже организовывали конкурс на самый краткий рассказ. Но по условиям конкурса, в нем должны быть упомянуты королева, Бог, секс, тайна. Первое место присудили автору такого рассказа:
«О, Боже, — воскликнула королева, — я беременна и не знаю от кого!»

* * *
Классический пример лаконичности спартанцев относится к письму царя Македонии Филиппа II, завоевавшего многие греческие города:
«Советую вам сдаться немедленно, потому что если моя армия войдёт в ваши земли, я уничтожу ваши сады, порабощу людей и разрушу город».
На это спартанские эфоры ответили одним словом: «Если».

* * *
Виктор Гюго отправил издателю рукопись романа «Отверженные» с сопроводительным письмом:
«?»
Ответ был не менее лаконичен:
«!»

* * *
B конкурсe на самую короткую автобиографию победила одна пожилая француженка, которая написала:
«Раньше у меня было гладкое лицо и мятая юбка, а теперь — наоборот»

и ещё Елена Касьян

Юзек просыпается среди ночи, хватает её за руку, тяжело дышит:
«Мне привиделось страшное, я так за тебя испугался…»
Магда спит, как младенец, улыбается во сне, не слышит.
Он целует её в плечо, идёт на кухню, щёлкает зажигалкой.

Потом возвращается, смотрит, а постель совершенно пустая,
- Что за чёрт? – думает Юзек. – Куда она могла деться?..
«Магда умерла, Магды давно уже нет», – вдруг вспоминает,
И так и стоит в дверях, поражённый, с бьющимся сердцем…

Магде жарко, и что-то давит на грудь, она садится в постели.
- Юзек, я открою окно, ладно? - шепчет ему на ушко,
Гладит по голове, касается пальцами нежно, еле-еле,
Идёт на кухню, пьёт воду, возвращается с кружкой.

- Хочешь пить? – а никого уже нет, никто уже не отвечает.
«Он же умер давно!» - Магда на пол садится и воет белугой.
Пятый год их оградки шиповник и плющ увивает.
А они до сих пор всё снятся и снятся друг другу.

автор стихотворения Елена Касьян

Экхарт Толле "ЖИВИ СЕЙЧАС". Предисловие.

В своей теперешней жизни я почти не опираюсь на прошлое и редко вспоминаю о нем. Тем не менее я хотел бы вкратце рассказать о том, как я стал духовным наставником, и о том, как появилась на свет эта книга.
Collapse )
До двадцати девяти лет я жил в состоянии чуть ли не постоянной тревоги, перемежавшейся периодами суицидальной депрессии. Сейчас мне кажется, что я рассказываю не о себе, а вообще о каком-то другом человеке.
Однажды, вскоре после того как мне исполнилось двадцать девять, я проснулся глубокой ночью, охваченный леденящим ужасом. Случалось, я и раньше просыпался с таким чувством, однако на сей раз оно было намного сильнее. Ночное безмолвие, смутные очертания мебели в темной комнате, отдаленный шум мчавшегося куда-то поезда - все это показалось мне таким чуждым, враждебным и абсолютно бессмысленным, что меня охватило глубочайшее отвращение к миру. И отвратительнее всего в этом мире было мое собственное существование. Стоило ли жить под таким гнетом безысходности? Кому нужна эта бесконечная борьба с самим собой? Я чувствовал как тяга к самоуничтожению и небытию пересиливает во мне инстинктивное желание жить.
"Я больше не могу жить с самим собой". Эта мысль крутилась у меня в голове безостановочно. И вдруг до меня дошло, как странно она звучит. "Кто я - один человек? Или нас двое? Если я не могу жить с самим собой, значит во мне есть "я" и "кто-то еще", с "кем я не могу больше жить". "Может быть, - подумал я, - реален лишь один из этих двоих?"
Это открытие меня так ошеломило, что ум мой замер. Я находился в полном сознании, но в голове не осталось ни одной мысли. Вскоре я почувствовал, как некий энергетический вихрь начинает втягивать в свою орбиту: поначалу медленно, но все быстрее и быстрее. Страх сковал меня по рукам и ногам по всему телу пробежала сильная дрожь. Но тут как будь-то внутри меня кто-то произнес:"Ничему не сопротивляйся". И я почувствовал как меня начинает засасывать пустота. Ощущение было такое, что она была не снаружи, а внутри меня. Внезапно всякий страх исчез, и я позволил себе провалиться в эту пустоту. Что было дальше, я не помню.
Меня разбудила щебетавшая за окном птица. Никогда прежде мне не доводилось слышать подобного звука. Глаза мои оставались закрыты, но перед мысленным взором предстал образ изумительного бриллианта. "Если бы бриллиант мог издавать звуки, - подумал я, - он звучал бы именно так". Я открыл глаза. За занавеской брезжил ранний рассвет. Не успев ни о чем подумать, я не то понял, не то почувствовал, что свет таит в себе неизмеримо больше того, что мы о нем знаем. С мягким свечением утра в мою комнату просачивалась сквозь занавески сама любовь. Я встал с постели и прошелся по комнате. Я узнавал ее, но вместе с тем понимал, что никогда раньше не видел ее в истинном свете. Все было таким свежим и первозданным, словно только что раскрывшийся бутон. Я брал в руки разные предметы - карандаш, пустую бутылку - и поражался: каждая вещь казалась такой живой, такой прекрасной!
В тот день я бродил по городу потрясенный и изумленный великим чудом жизни. Казалось, будто я только что родился на свет.
Следующие пять месяцев я прожил в состоянии незыблемого покоя и блаженства. Впоследствии острота ощущений несколько притупилась, может быть, это состояние просто стало для меня совершенно естественным. С внешним миром я мог взаимодействовать не хуже прежнего, хотя отлично понимал: улучшить то, что во мне уже есть, невозможно, как бы я ни старался, и что бы я ни делал.
Я, конечно понимал, что со мной произошло нечто очень значительное, но не мог во всем этом разобраться. Лишь несколько лет спустя, познакомившись с текстами духовного содержания и пообщавшись с духовными учителями, я догадался: то, к чему все стремятся, со мной уже случилось! Я понял, что в ту ночь невыносимая тяжесть душевных страданий вынудила мое сознание отказаться от привычки отождествлять себя с несчастным запуганным "я", которое, по сути, всего лишь фикция. Этот отказ, очевидно, был таким безоговорочным, что фальшивое страдающее "я" в одночасье сдулось, как надувная игрушка, из которой вынули затычку. А на его месте проступила моя истинная суть в виде вечно-настоящего "Я ЕСМЬ" - сознания в чистом виде, еще не отождествившего себя с формой. Позже я научился находить дорогу в это внутреннее пространство вне времени и смерти, принятое мною поначалу за пустоту, и пребывать там в полном сознании. Я покоился в состоянии невыразимого блаженства. Наступил момент, когда на физическом уровне я временно лишился всего. У меня не было ни близкого человека, ни работы, ни дома , ни общественного статуса. Почти два года я провел на скамейках в парках и скверах, купаясь в ощущении несказанной радости.
Но даже самые прекрасные моменты приходят и уходят. Гораздо важнее любого из этих переживаний оказался тот покой, что составляет с тех пор основу моего существования. Порою он настолько ощутим, чуть ли не осязаем, что его чувствуют даже окружающие. А иногда он отступает на задний план, как мелодия, звучащая где-то в отдалении.
Время от времени ко мне подходили люди и говорили:"Я хочу обрести то, что есть в вас. Не могли бы вы поделиться этим благом или показать, как его найти". А я отвечал:"Оно у вас уже есть. Вы просто не чувствуете, потому что ваш ум создает слишком много помех". Позднее из этого ответа родилась книга, которую вы держите сейчас в руках.